В 1852 году митрополит Киевский и Галицкий Филарет (Амфитеатров) в своём письме к императору всероссийскому Николаю I выразил идею о необходимости сооружения в Киеве храма, который был бы памятником великому князю Киевскому Владимиру Святославичу. Было решено, что храм будет сооружён исключительно на благотворительные пожертвования.
12 июля 1853 года император Николай I утвердил доклад Священного Синода о сооружении в Киеве соборного храма во имя Святого равноапостольного князя Владимира, а уже в августе был создан строительный комитет, в который вошли преимущественно духовные лица. Проектирование храма было поручено архитектору Ивану Штрому.
С 1857 года со смертью митрополита Филарета количество благотворительных пожертвований ощутимо уменьшилось. Новый митрополит Исидор, хотя и не так активно как его предшественник, но следил за строительством храма. Он добился того, что для сооружения храма был выделен участок земли рядом с Киевским университетом святого Владимира, хотя раньше участок для собора был выделен в пределах города Ярослава. Однако в 1857 году в Киев прибыл император всероссийский Александр II, который заинтересовался проектом. Ознакомившись с ходом строительства собора, он повелел возвести его на пустыре между Бибиковским бульваром и Фундуклеевской улицей.
В 1859 году Иван Штром представил чертежи собора на рассмотрение строительного комитета. Собор был спроектирован в неовизантийском стиле, в его основу был положен крест. Собор должны были увенчать тринадцать золотых куполов. Строительный комитет, рассмотрев и одобрив проект, отправил чертежи в Петербург, где его утвердил лично Александр II.
В марте 1860 года была спланирована площадка для строительства соборного храма. Учитывая дефицит средств, строительный комитет поручил епархиальному архитектору Павлу Спарро переработать проект Ивана Штрома с целью уменьшения размеров сооружения и сметы на его строительство. Спарро, чтобы полностью не переделывать проект, решил снять боковые нефы, то есть изменить крестовидную основу. Вместо тринадцати куполов он оставил семь.
Непосредственный надзор за строительством строительный комитет поручил Александру Беретти, который внёс значительные изменения в проект Штрома—Спарро.
15 (27) июля 1862, в день празднования памяти князя Владимира, в присутствии местной аристократии и духовенства митрополит Киевский и Галицкий Арсений заложил первый камень будущего храма.
Уже в 1866 году собор был выстроен до куполов. Однако неожиданно стены, а вслед за ними арки и перекрытия, дали глубокие трещины. Стало понятно, что они не выдержат веса куполов. Работы прекратили, был создан специальный технический комитет из ведущих киевских архитекторов, из Петербурга вызвали Ивана Штрома. Выяснилось, что ситуация вызвана допущенными при переделках проекта ошибками в математических расчётах.
В 1875 году в Киев снова приехал император Александр II. Осуществляя инспекционный осмотр города, он поинтересовался и строительством соборного храма. Увидев пустую строительную площадку и полностью прогнившие леса, он приказал любой ценой продолжить строительство. Из Петербурга немедленно вызвали одного из известнейших архитекторов Рудольфа Бернгарда, который совершил точные математические расчеты нагрузок на стены и перекрытия, а затем нашёл и техническое решение для ликвидации трещин. Внешние несущие стены было предложено укрепить пристройкой боковых нефов и контрфорсов.
В июне 1876 года были возобновлены строительные работы, которые возглавил киевский архитектор Владимир Николаев. Он разработал проекты боковых нефов. Внутри храм был разделён на три нефа: средний и два боковых, а те в свою очередь разделены хорами на две неравные части. Округлость строению предоставляли апсиды, соответствовавшие ширине внутренних нефов. В соборе планировалось сделать пять притворов (три внизу и два на хорах). Однако по византийским традициям было решено, что во Владимирском соборе будет один престол в среднем нефе, в правом же разместится жертвенник, а в левом — ризница. Ещё два алтаря — Ольгинский и Борисоглебский — должны были находится на хорах.
В 1882 году двадцатилетнее строительство Свято-Владимирского собора завершилось. Возник вопрос о внутреннем оформлении собора, его росписях и интерьерах. Член Киевского церковно-археологического общества и профессор Киевской духовной академии Иван Малышевский выразил мнение, что внутренний вид собора должен стилистически и канонически соответствовать храмам эпохи, во время которой жил князь Владимир.
За создание проекта оформления и отделки собора взялся археолог и профессор искусствоведения Адриан Прахов. Через год он представил строительному комитету и Церковно-археологическому обществу детальный проект художественного оформления Свято-Владимирского собора, указав место размещения каждого сюжета, его размеры, а также представив рисунки мраморных иконостасов и кивория. Однако строительный комитет этот проект отклонил. Создание нового проекта художественного оформления было поручено архитектору Николаеву.
Однако в это время Адриан Прахов представил свой проект оформления Свято-Владимирского собора на рассмотрение Петербургского археологического общества, которое не только его одобрило, но и, заручившись поддержкой бывшего обер-прокурора Синода и министра внутренних дел Дмитрия Толстого, назначило профессора искусствоведения руководителем художественного оформления собора. Для росписей Свято-Владимирского собора Адриан Прахов пригласил в 1885 году Виктора Васнецова, а впоследствии и Михаила Нестерова, Павла Сведомского, Вильгельма Котарбинского и некоторых других художников.
Весной 1896 года роспись и отделка собора практически были завершены, за исключением Ольгинского и Борисоглебского приделов на хорах. Освящение должно было состояться 15 (27) июля, в день памяти князя Владимира, но торжества перенесли на более позднее время: ожидали приезда в Киев императора всероссийского Николая II.
1 сентября (20 августа) 1896 в присутствии императорской семьи, сановников, высшего духовенства и клира митрополит Иоанникий освятил Свято-Владимирский собор.
12 июня (30 мая) и 14 июня (1 июня) 1913 в соборе проводились торжественные богослужения с участием патриарха Антиохийского и всего Востока Григория IV.
В мае 1914 года при соборе основано Свято-Владимирское братство.
1 апреля (19 марта) 1917 в соборе состоялось торжественное богослужение памяти Тараса Шевченко.
В 1929 году Всеукраинский центральный исполнительный комитет одобрил решение о закрытии собора и превращении храма в Музей антирелигиозной пропаганды. Некоторое время здесь находились архивные фонды местных органов власти, потом книгохранилище педагогического института.
Открытый в период оккупации, Свято-Владимирский собор остался действующим и после освобождения Киева и в 1944 году стал кафедральным храмом митрополита Киевского и Галицкого, экзарха Украины.
В 1995 году в Свято-Владимирском храме состоялся собор Украинской православной церкви Киевского патриархата, на котором митрополит Филарет был избран Патриархом Киевским и всея Руси-Украины.
Вот что крепит надежду нашу: "… всея Руси-Украины.»!
разделение когда-то единого народа?
Необыкновенная красота !
к сожалению вокруг собора мало места, центр - всё застроено, да и деревья выросли большие. опять же, провода…
а внутри какая красота!
замечательный храм,очень яркий!
а внутри какие замечательные росписи! Окончательный проект Владимирского собора был разработан петербургским профессором, ведущим инженером-строителем империи Рудольфом Бернгардом. А за воплощение проекта взялся известный киевский зодчий, епархиальный архитектор Владимир Николаев. Ему удалось ликвидировать аварийную ситуацию и в 1882 году завершить строительство собора. Наступил этап внутренней отделки. Киевское церковно-археологическое общество стремилось придать внутреннему убранству храма вид и характер старовизантийского стиля, в каком во времена Владимира Святого и Ярослава Мудрого строили древнерусские храмы.
Тут-то свои услуги и предложил профессор теории и истории искусства Петербургского университета Адриан Викторович Прахов (1846 - 1916 гг.). Он загорелся идеей воссоздать во Владимирском соборе древние монументальные традиции, раскрыть в росписях духовное величие Киевской Руси.
Через год профессор представил необходимые чертежи мраморных иконостасов и Кивория (изображения гроба Господня). Вначале эти труды не одобрили и предложили выполнить ту же работу Владимиру Николаеву, поскольку представленный им проект внутреннего убранства, стенных росписей и иконостасов был намного проще, нежели дорогой и замысловатый вариант Прахова. Но профессора поддержало Петербургское археологическое общество и лично влиятельный министр внутренних дел граф Толстой. Идеи Прахова надолго задержали открытие храма, но их воплощение того стоило! Ему удалось привлечь к работам выдающихся художников и скульпторов того времени. Фактически же это были его ученики: Виктор Васнецов, Михаил Нестеров, Павел Сведомский, Вильгельм Котарбинский, Михаил Врубель, а также представители рисовальной киевской школы Николая Мурашко.
Однако не все известные живописцы, к которым обращался Прахов, приняли его предложение. В последний момент отказались Поленов и Суриков. По непонятной причине уклонился художник Ге.
…И вот весной 1885 года оштукатуренный изнутри собор был подготовлен к внутренней отделке. Прахов рассчитывал управиться с росписями в 2 года. Но работа растянулась на целых 11 лет. Это были годы титанического труда и непримиримой борьбы с чиновниками, как церковными, так и светскими.
Поначалу Прахов планировал назначить главным исполнителем росписей самого близкого ему тогда художника, с которым он тесно трудился до этого в Кирилловской церкви, Михаила Врубеля, несмотря на то, что у того были нетипичное художественное мышление, да к тому же и очевидные признаки психической неуравновешенности.
Было, однако, еще одно обстоятельство, осложнявшее взаимоотношения Прахова и Врубеля. Это ухаживания Михаила Александровича за супругой профессора Эмилией. Иногда они переходили в состояние напряженной тайной влюбленности. Собственно, именно Эмилия и вдохновила Врубеля на создание ряда шедевров уже в самом начале его творческого пути.
Все это в совокупности низвело на нет заслуги Врубеля в глазах Прахова. Ревнивый профессор отвел ему лишь скромный участок работ по оформлению храма, предполагавший написание только нескольких орнаментов. К счастью, чудом сохранились оставшиеся за рамками собора эскизы. Некоторые специалисты считают, что, будь собор выполнен полностью Врубелем, выглядел бы он совершенно по-другому - в эдаком мистически-космическом духе.
Спасибо,Вам Виктор,верю,что внутри роскошно
С семьей Праховых и храмом было связано много мистических вещей. Так, в 1885 году во время посещения собора вице-губернатором Баумгартеном и Адрианом Праховым им обоим на только что оштукатуренной запрестольной стене открылось видение Богородицы с младенцем на руках. О чудесном явлении лика Божией Матери пошли слухи, которые дошли до митрополита. Тот попросил Прахова немедленно написать заметку в газету и объяснить публике, что никакого чуда нет, что изображение-то было всего-навсего результатом проступивших от сырости пятен на свежей штукатурке. Прахов так и сделал.
Конечно же, самым решающим и определяющим в росписи собора было участие Васнецова. Сам Виктор Михайлович считал эту работу главным делом всей своей жизни. Он любил повторять, что «нет на Руси для русского художника святее и плодотворнее дела, как украшение храма».
Хотя поначалу Васнецов… отказался от предложения Прахова участвовать в росписи собора. Адресок киевский, правда, на всякий случай взял. А на другой день, на даче, сидя на лавочке перед верандой, Васнецов был поражен образом своей супруги с сыном-младенцем на руках. Ребенок как бы потянулся к открывшемуся ему дивному зрелищу весеннего сада и всплеснул ручонками. Вид женщины с младенцем настолько поразил Васнецова, что ему вдруг пришла мысль, как хорошо было бы написать Богородицу с младенцем такими, как только что представшие перед глазами дорогие ему люди. Он тут же принял решение расписывать собор и на другой день послал Прахову телеграмму о своем согласии, чем очень обрадовал профессора.
Впоследствии, когда Васнецов представил Прахову свои эскизы алтарного образа Богоматери, тот извлек и показал художнику сделанный когда-то набросок проступившего на штукатурке изображения. Сам Прахов рассказывал, как поразился Васнецов точному совпадению обоих изображений образа Божией Матери. На несколько минут утратив дар речи, впоследствии он произнес: «Это был заказ Божий». Около двух лет писал Васнецов тот образ. А когда леса были убраны и для приемки работы собралась комиссия, открылся такой вид росписей, что всем стало ясно: в соборе явился образец совершенной живописи.
Особенно потрясала икона Богоматери. Вот она легко и неторопливо идет навстречу зрителям. Царица Небесная несет грешному миру своего Сына… Ее большие, полные печали и любви карие глаза ласково смотрят на зрителя. Необыкновенно прекрасно ее бледное, озаренное внутренним светом лицо. Традиционный образ Богоматери получил под кистью Васнецова оригинальную и своеобразную трактовку. Этот образ с тех пор называют «Васнецовской Богоматерью».
Готовясь к работам в храме, Васнецов познакомился с памятниками раннего христианства в Италии, изучил мозаики и фрески киевского Софийского собора, фрески Кирилловского и Михайловского монастырей в Киеве. За его плечами был опыт освоения традиций древнерусского искусства - памятников новгородского, московского, ростовского и ярославского зодчества, изучение московских старообрядческих икон, книжной миниатюры Древней Руси, народного творчества.
Работая над воплощением образов русских князей Владимира, Андрея Боголюбского, Александра Невского, Михаила Черниговского, Михаила Тверского, княгини Ольги, летописца Нестора, иконописца Алипия и многих других, Васнецов воплотил свои размышления об историческом прошлом России. Воинами, отстаивающими независимость родной земли, представлены облаченные в тяжелые доспехи Андрей Боголюбский и Александр Невский. Народные представления об умных, волевых, решительных и непреклонных правителях воплотились в образах князя Владимира и княгини Ольги. К образу великого князя Владимира, во имя которого был освящен собор, Васнецов обратился трижды – в композиции Крещение Святого князя Владимира, Крещение киевлян и в иконописном образе Святого князя Владимира.
В общей сложности Васнецов исполнил 15 композиций и 30 отдельных фигур, не считая медальонов. Это 4 тысячи квадратных метров. Труд просто титанический! Собор отапливался плохо. Васнецова мучили частые простуды. Несколько раз художник срывался с лесов, что едва не стоило ему жизни. Но Матерь Божия, судя по всему, об
ужасно интересно,спасибо Виктор!Прочитала на одном дыхании
всегда рад)